Запретить нельзя смотреть

Ни для кого не секрет, что зачастую даже взрослые ведут себя словно маленькие дети – скажи им о каком-то запрете, и они ещё больше захотят его нарушить. Запрет – это мощнейший инструмент привлечения внимания, потому что «в нашем веке человек сам должен решать, что ему можно, а что нельзя». Однако порою, добравшись до запрещённого лакомого кусочка, который казался конфеткой, в итоге жуёшь какой-нибудь безвкусный сыр тофу. В последние годы Министерство культуры РФ стало одним из крутейших пиарщиков за счёт тех самых «нельзя», которым оно тычет в лицо зрителю. Заблуждение насчёт того, что маленькая кучка людей вправе решать за миллионы остальных, с какими культурными продуктами им можно или нельзя, стоит или не стоит знакомиться, порождает не только бурное негодование, но и играет прекрасную службу тому, что запрещено. 

Можно сказать, что запрет становится красной тряпкой для быка. В таких условиях становится в какой-то степени модным бороться (громогласно или не очень) со сказанным «нельзя» и прорываться через запреты к неизвестно чему. Просто потому что запретили. Практика показывает, что такие условия для культурного потребления создают вспышки популярности конкретных культпродуктов, которые в итоге оказываются поветриями. В данном очерке я рассуждаю преимущественно про киноиндустрию и хотела бы рассмотреть судьбу конкретной кинокартины - «Любовь» Гаспара Ноэ.

Начиналось всё довольно лояльно. Картина, пожалуй, на всех фестивалях, на которых побывала, позиционировалась не иначе, как сюрприз. Для Московского международного кинофестиваля 2015 года она тоже стала вишенкой на торте. Все с самого начала знали, что фильм будет провокационный, потому что снимал его провокатор. Провокация хорошо сопрягается с фестивальным форматом – только здесь и только сегодня вы увидите на большом экране, да ещё и в 3D, фильм, который на 70% представляет собой изумительно снятую порнографию. 

После Каннского кинофестиваля кто-то из кинокритиков-первооткрывателей говорил, что картина – это сплошной онанизм режиссёра, а кто-то пытался найти высокопарные интерпретации, потому что… Ну потому что жалко, круто же снято, значит, надо копать. Российский зритель чихать хотел на это всё и смиренно ждал, когда сможет вынести вердикт самостоятельно. В Москве всё прошло гладко – зрелище состоялось, люди угомонились. Веселье началось на фестивале в Петербурге «Послание к человеку».

В сентябре Министерство культуры заявило, что в массовый прокат такое бесстыдство не пустит в связи с тем, что в «Любви» слишком много сцен «порнографического характера». Компания, готовившая картину к прокату в России, и так шла на уступки как могла: «Представитель компании поясняла, что для проката будут использованы «"софт"-материалы» (кадры, в которых прямо демонстрируются половые органы и половой акт, будут вырезаны или заретушированы). Кроме того, фильм должен был быть выпущен с возрастным ограничением 18+ и появиться только на ночных киносеансах». Может, даже хорошо, что такая кинокастрация в итоге не состоялась.

На фоне запрета картины к прокату фестиваль «Послание к человеку», который уже включил картину в свою программу, решает показы данного фильма отменить. Зрителям отказали в горячем, свежем пирожке, который они могли умять и хвастаться. Зрители негодуют. Зрители не чувствуют себя уникальными везунчиками, до которых добрался запретный плод. Проходит несколько дней — и фестиваль таки объявляет, что показы несчастной порномелодрамы состоятся. 

С этого момента началась игра «Кто быстрее». Говорю я об этом всём не как мимо проходящий. Я сама ждала билеты на показ, который закончился бы настолько поздно, что я не успела бы вернуться в общежитие, но мне почему-то было всё равно. Итак, в день начала продаж билетов я с одногруппником решила после пар заехать в Великан Парк, где планировался показ фильма, и купить билетики. 15:00. Билетов нет. Почти всё было скуплено онлайн за несколько часов. Шок и трепет. В итоге я читала посты о том, что многие люди приходили «на удачу», думали, что билеты сдадут, и им повезло всё-таки на показ попасть. Билеты, кстати, стоили рублей по 700. Ситуация показывала, что люди платят больше за инфоповодный шлейф, которым пропиталась картина, нежели за просмотр этой картины.

Какой итог? Итог следующий. Никто не говорит об исключительной значимости данной кинокартины для кино как искусства, для творчества режиссёра, для чего бы то ни было. А немногочисленные показы фильма неизменно созывают зрителя приставкой «эгегей, у нас тут покажут фильм, запрещённый к прокату». Я лично посмотрела фильм в сети, когда хайп угас. Мысленно порадовалась, что билетов в Великан Парке не оказалось. Лично я вспоминаю этот фильм, когда натыкаюсь на какой-то сериал с топорным, мёртвым сценарием. "Прям как в "Любви" у Ноэ", — думаю я.

Ради эксперимента я всё же сходила на показ в Лендоке, который проводился прошлым летом. Больше мне было интересно, придут ли люди. Зал был битком. Если учесть то, что Лендок редко этим хвастается, то я была удивлена. Неприятно удивлена, потому что реакция зрителя выдаёт его с потрохами. Начинается фильм, и люди начинают тихонько хихикать, мяться в кресле, друг на друга поглядывать, реагируя на откровенную сцену. Казалось, что они понятия не имели, куда пришли. Они летели по дорожке «запрещённый контент». Прилетели на сравнительно проходную картину, которая как фильм абсолютно не способна пройти проверку временем, но как запрещённый фильм периодически становится фальшивой имитацией  запретного плода. 


Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic